- А у Виктора с женой есть дети? - спросил Гордеев.

- Нет. У них не было детей.

- Они давно вместе?

- Да... То есть нет... Два года.

- Для кого-то это немалый срок. Мать Вити знает про твоего?

- Нет. Даже не догадывается. Витя ей никогда не говорил. Так уж получилось...

- И ты не знаешь, сказать ей сейчас или не говорить?

Элла кивнула. Объяснила:

- Я ведь сама мать, я чувствую, ей будет легче, если она узнает, что живет на свете такой человечек - Захар Викторович... В любом случае легче. Тут ведь все другие вопросы отодвигаются на второй план.

- Да, пожалуй, - согласился Гордеев. - Будет легче. Так скажи ей.

- А что будет с моим мужем?

Элла отвернулась от окна и посмотрела на Гордеева круглыми, красивыми глазами.

- Ты замужем? - механически переспросил Гордеев.

- Да.

- И муж думает, что это его ребенок?

- Да.

- Боишься развода?

- Собственно, муж меня кормит, - жестко отрезала Элла. - Ну и ребенка тоже. Он у меня крутой. Если развод со скандалом, мы с Захаром уйдем от него голые и босые.

- Думаешь, он потребует развода?

- Не знаю... Я его вообще плохо знаю. А если честно, не очень и хочу знать.

Гордеев кивнул. Он не знал, что сказать.

Элла постояла, задумавшись, и неожиданно встряхнулась:

- Эх, Юра! Ерунда все это! Если подумать, тряпки, квартира - все так относительно. Не бери в голову. Все-таки я была и осталась абсолютной эгоисткой! Нагружаю тебя своими проблемами.

Гордеев смотрел на нее грустно.

- Если понадобится хороший адвокат по семейным спорам, я могу порекомендовать, - предложил он.

Элла усмехнулась:

- Будем надеяться - не понадобится. Пожалуйста, никому не говори, что я рассказала.

- Само собой.

- Никто не знает. Только ты и я... И Витя еще.